книжка

Как стать злым таксистом.

Еду в машине, дорога свободна, по радио дядька бубнит. Дай, думаю, станцию переключу, чтоб позабористей. Вот "Шансон", а что? Тоже радиостанция, слушают ее.

Ну-ка, что тут у них? Поют вроде люди, с чувствами. А тексты-то! Ой ой! Запомнить бы только! А музыка! Учились хоть они ей? Или так сразу начали?

Ой, не могу терпеть. Надо прибавить и окно открыть. Нет, граждане! Вы слышите то же, что и я? Унца унца унца-ца! Гуляй! Эх!

Ага, сейчас кто-нибудь будет ловить машину, остановлюсь, посажу.  А потом влуплю погромче, буду по рулю прихлопывать и подпевать. Как раз сегодня рожа небритая у меня. Да еще и заверну что-нибудь злобно-тоскливое. Что всю страну растащили, что если бы не Путин, да только как он один за всем уследит? Погляжу я, как они свои интеллигентские носики будут морщить! А и не скажут ничего мне. Ехать-то надо им. Вот умора!

Да еще и денег с них сдеру! И цирк мне и нажива! И почему я раньше так не делал? Где вы, жалкие людишки с обочины?

Так. Стоп. Вырубить на хрен.
книжка

Это просто дурной вкус? Или что это вообще за говнище?

Люблю я находить какие-нибудь жуткие образчики плохого вкуса, часто даже сохраняю куда-нибудь. Без цели. Нравится мне видеть, как человеку требовалось изобразить сразу много красивого. Чтоб прямо на всю жизнь картинка была, обо всём. Ну, как вот здесь.



И никогда не хотелось пожелать автору бросить такое творить или как-то добровольно лишить себя рук и зрения. А вот тут захотелось. Желаю от всей души!

Уберу под кат.
Collapse )
книжка

Бухгалтерия. Стимуляция рецепторов любви.

Люди играют в одну очень странную игру. Им нравятся чужие любовные страдания, выраженные в некой условно стихотворной форме, да под легкую музычку.

В бухгалтериях обязательно должно тихонько петь радио, чтобы едва различать слова. Певица томится о чем-то несбывшемся. Дыханье - страданье, не отпусти - прости, рук сплетенье, проводов километры, люблю, вместе не быть, ветер, пепел, навсегда.

Считается, что это способствует. Все могут тихо вспомнить что-то такое же, но своё, при этом продолжая что-то печатать двумя указательными пальцами, поливая растения в просолённых горшках, ожидая обеда из пирожков с морковью или яблоками. А где-то далеко, в оставшемся дома телевизоре певица машет отрезами ткани, кружится, пускает прозрачную крупную слезу по идеальной коже щеки, лицо пальчиками трогает. Уходи - приходи, прощай - не забывай, уеду, дожди - не жди...

Если певица хорошо изображает любовные страдания, то про нее хочется узнать побольше. Не бьет ли муж, с кем живет, а дети у нее с кем остаются, а еду сама готовит? И завертелось. Пресса, интернеты, голубые огоньки.

Певицы тоже играют в странную игру. Нужно убедить всех, что ты неземная красавица, изображаешь страдания о любви лучше всех, интонировать голосом, делать красивые движения. Слушайте, люди, вспоминайте свои там встречи-расставания, как на пороге кто-то мялся "ну чо, пойду я", можете банки закатывать на зиму, в магазине стиральный порошок выбирать, а я буду легонько дергать вас за любовные рецепторы.

Вообще я не очень понимаю, что меня в этом задело. Но есть тут двойной слой крашеного картона. Это как в студенческой столовой криво повесить плохие репродукции, но Ренуара. И художник при этом не обижается, говорит: "да пусть висят, я такие за пять минут мажу", а кто всмотрится: "ну да, вроде что-то красивенькое там".
книжка

Карета прошлого. "Великое возвращение" или "А не пошла бы она?"

А дело было так:

Обладая добрым и открытым сердцем, будучи человеком незлопамятным и чутким, решил я сесть в эту самую карету прошлого, ну а если зовут чуть не со слезами, чтобы снова поехать в мир любви и взаимопонимания, куда я и сам давно хотел попасть, но в прошлый раз как-то не сложилось.

Сел, еду. А батюшки! А чегой-то за пейзаж за окном из обугленных деревьев перекрученных, птицы дохлые на дороге лежат, бедой пахнет... Ой, куда это въезжаем? Откуда говно-то в двери хлещет? Да уж по коленки, а скоро будет и по грудь! Дальше-то поедем? Как куда? В страну счастья же звали! Как нет? Ну тогда я выхожу, уж лучше я пешком, как-нибудь выберусь, а после сам побреду туда, где хотя бы сухо и тепло, и где я не чмо, а интересный собеседник, начитанный, подстриженный и дорогими духами пахну. И в новой рубашке синей хожу такой козырем, козырем!

И ни обид, ни злости, ни томления по несбывшемуся. Стало ясно, что в этом направлении моего счастья нет, руками в жиже искать его не надо, никто его туда мне не уронил. А не поехал - жалел бы.

Всех люблю, крепко обнимаю! Только не принюхивайтесь ко мне еще пару дней, я недавно из путешествия.
книжка

Карета прошлого.

Господа и дамы. Скажите, был ли у вас опыт возобновления отношений? Так сказать, карета прошлого приезжала ли за вами?

За мной вот приехала. Ни колес, ни оглоблей. Лошади разбежались и издохли. А я сижу. Вези меня, карета!

И как-то больно и неудобно сразу везде, как старые ботинки пересохшие обул.

Ну и как у вас? Далеко уехали? Или это просто конвульсии? Может, люди так закрывают тему того, что раньше не сумели...

Posted via LiveJournal app for iPhone.

книжка

Строим город мечты.

А давайте представим, что все живем на новых улицах, которые теперь надо назвать именами героев современности. Хватит уж Крупской да Фрунзе, давайте новых!

Кто как свою улицу назовет?
книжка

Жажда люрексов.

Перед Новым годом как-то особенно сильно ощущается, что работаешь не в офисе, что никто тебе не надарит бесполезной ерунды вроде пластиковых змеек с мешочками намазанных блестящим лаком денег, тяжелых сероватых кружек "I LOVE что-нибудь" и календариков на 2013 год.

И у меня не будет корпоратива. И не буду я пощелкивать в руках липкими пластиковыми стаканчиками, и не кружиться мне под Баскова с неожиданно жаркими бухгалтерами в люрексах, не упираться мне коленями в ящики письменного стола, накрытого по случаю скатертью, не отведать "пикантных" салатов с несочетаемыми курицей и киви, с озером майонеза и зернами граната поверх... И сала домашнего копчения никто передо мной не нарежет канцелярским ножом.